Гость номера

Просмотров 2873

Анна Валицкая, Николай Карпов: об органе, профессии и мечте

Интервью

Ирина Малёнкина

 

Городской стиль – это выражение мы слышим достаточно часто. И главные его представители – молодежь со своими увлечениями и открытиями.

Николай Карпов и Анна Валицкая – музыканты. Причем инструмент, на котором они играют, несколько необычен для современного человека – это орган. Его звучание завораживает и не оставляет никого равнодушным.

Наше знакомство состоялось во время репетиции в костеле святого Станислава.

 

ФАКТЫ БИОГРАФИИ

Николай Карпов

Родился в семье ученых-биологов. Бабушка преподавала общий курс фортепиано в училище имени Римского-Корсакова, она-то и привила внуку любовь к музыке. После окончания музыкальной школы поступил на факультет искусств Санкт-Петербургского Государственного университета.

Анна Валицкая

В семье шестеро детей. Мама преподает английский и занимается переводами, папа был специалистом по компьютерным серверам. Любовь к музыке привили мама и бабушка, которые пели колыбельные на ночь в детстве. После окончания музыкальной и общеобразовательной школ окончила музыкальное училище Римского-Корсакова по специальности хоровое дирижирование и сейчас продолжает обучение на кафедре органа, клавесина и карильона в СПбГУ.

 

– Почему именно орган?

Николай Карпов:

– Конечно, я видел орган еще в раннем детстве и даже имел возможность исполнить на нем инвенцию Баха. Но тогда это меня не очень впечатлило. И поэтому, когда однажды органист – Григорий Владимирович Варшавский, являющийся другом нашей семьи, пригласил позаниматься в школу при церкви Святой Екатерины на Васильевском Острове, я отказался. В то время основным моим увлечением была авиация, активно посещал подростковый аэроклуб. Но с авиацией не сложилось по причине плохого зрения.

– А как же музыкальная школа?

– К тому времени она мне порядком надоела, появилась тяга к техническим специальностям. Но тут в моей судьбе появляется еще одна органистка – Виктория Гамазова из Днепропетровска. Она приехала поступать на факультет искусств в СПБГУ и какое-то время жила в нашей семье. Виктория и привела меня на кафедру посмотреть орган. Когда я сел за инструмент, то ощутил его невероятную мощь, почувствовал широту возможностей и уникальное применение интеллекта в игре. 

Анна Валицкая:

– Когда училась в музыкальном училище, то орган был у меня факультативным предметом. Это был первый инструмент, который я выбрала сама и на котором могла заниматься хоть весь день. Возможно, это из-за непрерывно тянущегося звука (на органе, в отличие от фортепиано или клавесина звук после нажатия клавиши может тянуться сколь угодно долго, пока мотор подает воздух в трубу). Поэтому была рада узнать, что в СПбГУ, там, где я всегда хотела учиться, есть такая кафедра.

– А по первой специальности Вы себя реализовали?

– Иногда пою в хоре, сейчас, к сожалению, не могу посвящать этому слишком много времени, поэтому участвую в разовых проектах, пою в составе хора в опере «Дон Кихот» в Мариинском театре.

– Анна, мне казалось, что органист – это в большей степени мужская специальность, но в последнее время я все больше вижу за инструментом хрупких девушек.

– Да, на нашей кафедре девочек больше, чем мальчиков, впрочем, как и в России в целом.

Но это среди студентов. А в преподавательском составе наоборот.

– А Вы себя кем видите?

Николай Карпов:

– Я пока не знаю. Вариантов много. Возможно, я вообще решу посвятить свою жизнь органостроению, конечно, не забрасывая при этом игру. А может, всерьез займусь исполнительством.

– Вы собираетесь это сделать в России?

– Если говорить об исполнительстве, то осуществить это в России довольно сложно. Инструментов мало, а во многих органных залах они недоступны, к тому же старое поколение органистов не очень-то лояльно и друг к другу, и к своей смене. Российских производителей почти нет, разве что Павел Чилин, который строит небольшие органы. Еще известны несколько мастеров, производящих «позитивы» – настольные инструменты.

– А этот чудесный орган – в костеле Святого Станислава?

– Он был изготовлен специально для этого костела. Это хороший электронный инструмент, стилизованный под большой орган. Звуки настоящего – воспроизводит компьютер. Но я не разделяю критику в адрес электронных органов. Часто их звучание в условиях сравнительно низких затрат максимально приближается к настоящему.

Малые учебные инструменты звучат довольно убого. А слушая этот инструмент, можно получить истинное представление об органе.

– Где в нашем городе, можно послушать настоящий орган?

– В Академической капелле – один из лучших; в концертном зале Мариинского театра; в церкви Святой Екатерины; церкви Святой Марии, построенный в старинном стиле немецкого органостроителя эпохи Баха; в Таврическом дворце – он более французский; в Малом зале консерватории –
это самый большой орган в Санкт-Петербурге.

– Вы на всех этих инструментах играли?

– Да, мне посчастливилось… Очень качественное звучание. Но, к сожалению, они доступны не всем, за исключением разве что органа в консерватории.

– А где же Вы репетируете?

– У себя на факультете – у нас есть два небольших органа послевоенного времени.

Дома – электронный аналоговый орган, иногда играю здесь – в церкви Святого Станислава.

– Анна, а Вы чем планируете заниматься по окончании университета?

– Мне бы хотелось стать хорошим концертным органистом. Сейчас в костеле Святого Станислава мы проводим два органных концерта в неделю, по субботам в 19 и по воскресеньям в 16 часов.

Через два года я заканчиваю бакалавриат, а на магистра хотела бы поехать учиться в Лондон, но потом обязательно вернуться в Россию.

– Где можно получить специальность органиста в нашем городе?

Николай Карпов:

– Этому учат в двух музыкальных училищах – Римского-Корсакова и Мусоргского, в Институте культуры, в консерватории и на кафедре органа и клавесина в СПбГУ.

Вообще, чтобы получить образование исторически информированного исполнителя, я бы рекомендовал нашу кафедру. У нас очень сильный преподавательский состав: Григорий Владимирович Варшавский, Алексей Анатольевич Панов; признанный авторитет в области старинной музыки – Анатолий Павлович Милка. На кафедре преподает Кира Иосифовна Южак, являющаяся автором многих трудов по баховедению – одной из самых сложных отраслей музыковедения.

– А если выберете органостроение, то где можно получить эту специальность?

– К сожалению, в России этому не учат. Если я решу этим заняться серьезно, то понадобиться ехать в Германию или Францию. Там у меня есть друзья.

– Я так понимаю, чтобы реализовать себя, нужно уехать за границу?

– Скорее всего. Потом можно вернуться уже сильным.

– Есть возможность это сделать в России?

– Конечно, есть.

– Тем не менее, музыканты, уезжающие за границу, говорят, что шансы сделать карьеру в России практически равны нулю…

– Но делают же. Например, органист Григорий Варшавский учился в Германии, вернулся в Россию; профессор Даниэль Феликсович Зарецкий учился в Финляндии и тоже вернулся… Поездки для любого ученого и исполнителя являются обязательными. Нужен обмен опытом.

– Что, по Вашему мнению, необходимо, чтобы органы появлялись в России?

– В первую очередь государственная поддержка, благотворительные инвестиции.

Когда-то у нас была развита органная культура – до революции в Ленинградской области имелось 100 органов, а к 1945 году не осталось ни одного.

– Наблюдали, кто приходит на концерты?

– В основном люди старшего возраста, но есть и молодежь. Вообще орган всегда собирает полные залы.

– Как думаете, чем привлекает молодежь органная музыка?

– Это очень красиво. Орган, по моему мнению, создает ощущение некоего духовного самосовершенствования.

– Когда выступаете на концертах, видите публику?

– Конечно. Я люблю всех людей, которые приходят на мои концерты.

– Но ведь органист чаще всего сидит спиной к публике?

– Есть зеркало заднего вида, чтобы наблюдать за оркестром. К тому же на своих выступлениях я рассказываю о музыке, которую исполняю, – так значительно интереснее. Я доношу до публики какие-то мысли не только о произведениях, которые им предстоит услышать, но и о жизни, поэтому имею возможность видеть людей, которые пришли на концерт, их глаза.

– Перед концертом волнуетесь?

– Да, каждый раз как в первый раз. Поэтому для меня концертная деятельность – тяжелое испытание.

– О мечте…

Анна Валицкая:

– Хотелось бы сыграть на всех хороших органах в мире, а также концерты для органа с оркестром.

Николай Карпов:

– Полностью восстановить самый большой орган в мире, который находится в концертном зале Атлантик Сити. Я даже знаю, какое сочинение я хотел бы на нем сыграть – Концертную Симфонию для органа с оркестром Жозефа Йонгена, американского композитора, специально написанную для этого инструмента.

0

Комментарии ()

    Другие статьи