Гость номера
«Выезд на пленэр — прекрасный повод для путешествия»: Елена Куракина о живописи, пленэрах и мечтах
Беседовала Анна КАШУРИНА Фото из архива Елены КУРАКИНОЙ
Елена Куракина — архитектор по образованию и художник по призванию. Она путешествует по Северо-Западу, пишет пейзажи, выставляется в разных городах и признаётся, что выезд на пленэр для неё — прежде всего повод отправиться в новое место. О том, как детские самодельные книжки превратились в выставочные работы, чем акрил удобнее масла и где она мечтает написать картину, — в интервью.
— Елена, расскажите о недавно открывшейся выставке с участием ваших работ.
— В петергофском КЦ «Каскад» с моим участием недавно открылась выставка «Дача Бенуа в Петергофе — Арт-резиденция СПбГУ», которая продлится до 26 октября. Я традиционно поддерживаю проекты, в числе организаторов и участников которых — потомки династии Бенуа. И у нас сформировались площадки, где мы ежегодно выставляем свои работы, связанные с проектом данной арт-резиденции. Эти выставочные точки преимущественно расположены в г. Петергоф и г. Ломоносов, так как есть идейная привязка к деревянной Даче Бенуа, которая находится в Петергофе, на побережье Финского залива. В этот раз в КЦ «Каскад» у меня представлено довольно много работ — 11 разноформатных картин, на которых изображены парковые территории вдоль Петергофской дороги, от Стрельны до Ораниенбаума. В их числе — и акварельная серия, которая ранее уже экспонировалась на выставках в разных городах, и новые живописные работы.
— А есть ли у вас личная связь с этими местами? Насколько я понимаю, идейная привязка к проекту для вас не только профессиональная?
— Да, конечно. Я архитектор по образованию, поэтому мне это особенно интересно. Кроме того, проект курирует праправнучка Бенуа, которая тоже архитектор, правда, мы заканчивали разные вузы. А парк Собственная дача в Петергофе, который изображён на одной из моих работ в «Каскаде», раньше был площадкой моего вуза — СПбГАСУ, там у нас проходила геодезическая практика.
— Как вы вообще пришли к живописи? В детстве рисовали?
— Да, рисовать люблю с самого детства. Читать я научилась рано и делала иллюстрации, вкладывая их в прочитанные книги. Также, когда была маленькой, изготавливала самодельные книги с картинками из сложенных листов бумаги. Потом удалось пройти отбор в городскую художественную школу – лучшую и самую известную в Ленинграде, располагавшуюся в то время напротив Казанского собора. Именно там были мои первые натюрморты и скульптуры, уроки по истории искусств и пленэры, азы карандашного рисунка и акварели. У нас был замечательный преподаватель, и наши работы периодически печатались в детских журналах. В общеобразовательной школе как стенгазеты, так и оформление сцены для самодеятельных выступлений тоже были на мне. На УПК в старших классах я выбрала специальность «художник-оформитель», так что еще до поступления в ВУЗ получила корочку «Художник-оформитель IV степени».
— Почему пейзаж, а не портреты или что-то другое?
— Красивые пейзажи меня вдохновляют. К тому же, я очень люблю путешествовать. С детства увлекаюсь туризмом, являюсь сторонником активного отдыха на природе, раньше постоянно занималась различными видами спорта. Сейчас спорта в моей жизни значительно меньше, но тяга к путешествиям никуда не делась. А выезд на пленэр – это прекрасный повод для очередного путешествия, знакомства с новыми местами и людьми.
— Как вы обычно работаете — выезжаете на природу или пишете в мастерской?
— По-разному. На природе обычно получается сделать только небольшие работы, быстрые этюды. Ведь время пребывания в одном месте, как правило, ограничено графиком поездки — всегда хочется не просто засесть в одной точке, но и посмотреть окрестности. Возможно, буквально в ста метрах еще более красивый пейзаж. Диктуют своё и погодные условия — сейчас я в основном путешествую по Северо-Западному региону, где погода в любой момент может преподнести сюрприз. Бывает, что по каким-либо причинам вообще не получается порисовать в определенной точке – успеваешь только выбрать ракурс. Или начинаешь работу на пленэре, а доводишь до ума уже неспешно в помещении, в более комфортных условиях. Но для того, чтобы по возвращении выполнить работу в мастерской (по памяти и по сделанным фотографиям), мне необходимо проникнуться этим пейзажем, уловить настроение, подышать, ощутить… Так что если говорить о больших выставочных работах, то они в основном написаны в мастерской, но с использованием моих же материалов, сделанных на выезде. Маленькие пленэрные картины я тоже, конечно, выставляю, когда есть возможность. Кстати, одна из таких работ сейчас как раз экспонируется в петергофском КЦ «Каскад».
— Какие места вас вдохновляют? Есть любимые?
— Вдохновляют пейзажи с интересным ландшафтом, c перепадами высот: горы, скальные массивы, естественные водоемы с обрывистыми берегами и красивыми отражениями. Сочетание воды и камней почти всегда радует глаз. Неспроста я люблю исследовать разные острова в Ладожских шхерах и повсеместно заглядывать на водопады. Нравятся живописные парковые территории с малыми архитектурными формами (мостами, беседками, небольшими павильонами и т. д.). С детства неравнодушна к различным представителям флоры и фауны. Готова бесконечно вдохновляться пейзажами родного Санкт-Петербурга (кстати, по образованию я — архитектор). А еще меня завораживают старинные крепости и замки.
— Что для вас главное в пейзаже — свет, цвет, настроение? И как вы понимаете, что картина готова?
— Это неразрывно связано, так что все в комплексе. Про готовность картины – никогда не задумывалась над этим. Точно знаю, что лучше чуть «недо…», чем «пере…». Надо уметь себя останавливать, так как излишняя детализация может испортить картину, разрушить целостность, отвлечь от главного. Поэтому так ценны пленэрные работы – там просто нет времени на перегруженность деталями, успеваешь только поймать настроение и передать основной колорит.
— Бывает, что не получается поймать то, что хотелось? Что тогда делаете?
— Если что-то не получается в живописи маслом или акрилом, то любую неудачу, как правило, можно исправить — просто перекрыть сверху новыми слоями краски, полностью закрыв предыдущее изображение. А вот с акварелью сложнее – серьезных ошибок она не прощает, и иногда лучше взять новый лист, чем разводить грязь. Но если речь идет о незначительных цветовых нюансах, то в определенных случаях ситуацию могут спасти лессировочные слои.
— Елена, ваш стиль менялся со временем?
— Да, конечно! И, в целом, мне интересно пробовать новые материалы, работать в разных техниках. На стиль сильно влияют используемые материалы, а их рынок постоянно обновляется. Сейчас, например, у меня довольно много картин, выполненных акрилом на холсте. Акрил позволяет сочетать некоторые свойства масляных и акварельных красок. В продаже легко найти всевозможные текстурные пасты, загустители и замедлители высыхания. А когда я делала первые шаги в живописи, то использовала только масляные краски и вообще не знала о существовании художественного акрила (особенную популярность он набрал в последние годы).
— Есть место, где вы мечтаете написать картину?
— На самом деле, таких мест немало, так что сложно выделить что-то одно. Из наиболее реальных — хочу как-нибудь добраться до Териберки, где уже побывало множество моих знакомых художников. С удовольствием попленэрила бы на Алтае, на Урале. Было бы здорово побывать на Байкале, а в особенно смелых мечтах – на Камчатке.
— Что бы вы сказали тем, кто только начинает рисовать?
— Не бойтесь пробовать. Творческих удач!
Комментарии ()